Новости и события

<<< Вернуться к списку

«Экономика предложения» и «кейнсианская модель» роста российского ВВП на фоне Сибирского поворота

04 апреля 2024

 

Улучшение динамики роста российского ВВП в начале 2024 г. происходит, с одной стороны, на фоне снижения зависимости экономики от нефтегазовых доходов, а с другой – за счет расширении компаниями ТЭК экспорта и внутренней переработки энергоносителей. Росту российского ВВП также способствует увеличение оборота торговли с дружественными и нейтральными странами в результате как экономического, так и политико-дипломатического сближения со странами Мирового большинства.

По данным Минэкономразвития России, рост ВВП в годовом выражении ускорился до 7,7% в феврале 2024 г. по сравнению с 4,6% в предыдущем месяце. Главной движущей силой роста стало промышленное производство, которое прибавило 8,5% год к году, в том числе обрабатывающая промышленность, темпы роста которой составили 13,5%. Одновременно, добывающая промышленность прибавила 2,1%.

Как отметил глава ведомства М. Решетников, правительство России прилагает основные усилия по трансформации экономики России в экономику предложения, что, по мнению министра, в основном заключается в привлечении инвестиций для развития отечественного производства.

Следует отметить, что модель «экономики предложения» (supply-side economics) была разработана как ответ на стагфляцию и экономический кризис в западных странах в конце 1970-х годов. Такая модель предусматривает стимулирование роста частных инвестиций, снижение налогов и дерегуляцию экономики, посредством которых предполагается достичь роста деловой активности. Такая модель была применена в США («рейганомика») и Великобритании («тэтчеризм») в 1980-х гг.; модель «экономики предложения» также применялась в Китае в 2010-х гг. Способы реализации и результаты такой политики остаются объектом дискуссий в академических и экспертных кругах.  

В подкрепление тезиса главы Минэкономразвития о возможности осуществления поворота в сторону «экономики предложения» следует отметить, что общий рост инвестиций в основной капитал составил 9,8% в годовом выражении по итогам прошлого года. Однако, согласно наблюдениям Международного валютного фонда (МВФ), в том же 2023 г. в России был реализован и ряд мер по формированию «экономики спроса» (demand-side economics), также называемого «кейнсианской моделью». В их числе – наращивание государственных инвестиций в целях обеспечения роста промышленности, сходных с политикой «нового курса» администрации Ф.Д. Рузвельта в 1930-1940-х гг. в США.

Очевидно, что, в целях обеспечения роста российской экономики в условиях беспрецедентных внешних вызовов, применяется «гибридный» инструментарий мер макроэкономической политики, основанный на отчасти противоречащих друг другу экономических теориях прошлого. Представляется, что, для выхода на устойчивую траекторию экономического роста в долгосрочной перспективе, требуется не только обеспечить взаимодополняемость элементов «экономики предложения» и «кейнсианской модели» (такая возможность широко обсуждается в США, см. пример), но при этом добиться полной реализации существующего в России ресурсно-промышленного и транспортно-логистического потенциала. Таким необходимым условием представляется «сибиризация» модели российской экономики.

Ранее обозначенные предпосылки к сибиризации экономики России подкрепляются продолжающимся улучшением динамики внешней торговли со странами Мирового большинства и связанных с ней макроэкономических показателей. Так, по оценкам премьер-министра М. Мишустина, доля дружественных стран в обороте внешней торговли России достигла 77%. При этом удалось полностью компенсировать выпавшие доходы от снижения торговли со странами коллективного Запада. В настоящих условиях Сибирь представляет собой связующее звено между Россией и Мировым большинством в силу ряда институциональных и ценностных факторов.

По данным агентства Bloomberg, российский нефтяной экспорт достиг своего максимума за этот год в последнюю неделю марта, главным образом, за счет роста спроса со стороны Индии и Китая. Сообщается, что за период 25-31 марта выручка российских поставщиков достигла пятимесячного максимума и составила 1,9 млрд долл. по сравнению с 1,75 млрд долл. за предыдущую неделю. Поставки в Китай составили 9,1 млн баррелей нефти (около 50% всего объема экспорта), Индия закупила 7 млн баррелей за тот же период – несмотря на предшествовавшие сообщения в западных СМИ об «отказе» индийских компаний от закупок из-за западных санкций.

Эксперты Bloomberg также отмечают, что нефтегазовые доходы российского бюджета практически удвоились в марте 2024 г. год к году и достигли 1,21 трлн руб. (14,1 млрд долл.). При этом, как отмечает глава правительства М. Мишустин, роль нефтегазовых доходов в формировании бюджета снижается за счет роста ненефтегазовых поступлений на 25% за 2023 г. Общие доходы бюджета выросли на 5% за тот же период. Что касается внутренней переработки нефти, то, по словам вице-премьера А. Новака, планируется увеличить производство как бензина, так и дизтоплива за счет избытка перерабатывающих мощностей.

Таким образом, сохраняется потенциал к увеличению бюджетных расходов в рамках реализации «кейнсианской модели» роста российской экономики. Одновременно, рост деловой активности в частном секторе, а также рекордно низкая безработица и рекордный рост прибыли российских компаний позволяют говорить и о возможностях для воплощения модели «экономики предложения» за счет роста частных инвестиций.

Представляется, что предложенная «сибиризация» обеспечит устойчивый баланс мер «экономики спроса» и «экономики предложения». Устойчивого роста ВВП в долгосрочной перспективе удастся добиться за счет укрепления транспортной связанности, развития международного сотрудничества, реализации «импульсных проектов» и, в конечном итоге, роста благосостояния домохозяйств и потребительского спроса.  

 

Обзор подготовил ведущий инженер центра ресурсной экономики К.Б. Роуз.